Болезнь Альцгеймера — одно из самых распространенных нейродегенеративных заболеваний на Земле. О том, какая помощь нужна пациентом с таким диагнозом и какие проблемы испытывают они в России, «Ъ» рассказала директор благотворительного фонда «Альцрус» Александра Щеткина.
— С какими проблемами обращаются в фонд люди с Альцгеймером и их родные?
— Все проблемы упираются в то, что для этой категории семей нет отдельной программы поддержки на государственном уровне. Например, матерям-одиночкам, семьям с детьми-инвалидами положены доплаты за уход и льготы. А ухаживающие за близкими с деменцией приравниваются просто к людям, ухаживающим за пожилым человеком с какой-то обычной болезнью. Никакой отдельной программы до сих пор нет, хотя на федеральном уровне разрабатывается план антидементных мер, но пока он только на бумаге. Наши семьи остаются по большей части за бортом помощи.
Проблемы эти глобальные, они характерны не только для России. Людей с деменцией очень много, уход за ними очень дорогой. Не хватает специалистов, врачей, осведомленных о современном лечении разных видов деменции, о поведенческих симптомах. Не хватает учреждений, пансионатов, интернатов, которые могли бы осуществлять качественный уход за такими людьми. И даже в существующих учреждениях не хватает обученного, грамотного персонала.
Кроме того, не хватает просто медицинской помощи. Если у человека деменция, это не значит, что у него не заболит зуб или живот. Ему тоже нужны узкие специалисты — лор, стоматолог, офтальмолог, кардиолог. Нужны мультидисциплинарные команды врачей, которые умеют работать с пациентом, имеющим поведенческие особенности. Врач должен быть хотя бы поверхностно осведомлен о том, как взаимодействовать с таким пациентом. Лечить зубы человеку с деменцией — это катастрофа, он просто не откроет рот, для него это — ужас. За рубежом есть специальные программы обучения врачей, у нас это только развивается.
Читать статью полностью
— Все проблемы упираются в то, что для этой категории семей нет отдельной программы поддержки на государственном уровне. Например, матерям-одиночкам, семьям с детьми-инвалидами положены доплаты за уход и льготы. А ухаживающие за близкими с деменцией приравниваются просто к людям, ухаживающим за пожилым человеком с какой-то обычной болезнью. Никакой отдельной программы до сих пор нет, хотя на федеральном уровне разрабатывается план антидементных мер, но пока он только на бумаге. Наши семьи остаются по большей части за бортом помощи.
Проблемы эти глобальные, они характерны не только для России. Людей с деменцией очень много, уход за ними очень дорогой. Не хватает специалистов, врачей, осведомленных о современном лечении разных видов деменции, о поведенческих симптомах. Не хватает учреждений, пансионатов, интернатов, которые могли бы осуществлять качественный уход за такими людьми. И даже в существующих учреждениях не хватает обученного, грамотного персонала.
Кроме того, не хватает просто медицинской помощи. Если у человека деменция, это не значит, что у него не заболит зуб или живот. Ему тоже нужны узкие специалисты — лор, стоматолог, офтальмолог, кардиолог. Нужны мультидисциплинарные команды врачей, которые умеют работать с пациентом, имеющим поведенческие особенности. Врач должен быть хотя бы поверхностно осведомлен о том, как взаимодействовать с таким пациентом. Лечить зубы человеку с деменцией — это катастрофа, он просто не откроет рот, для него это — ужас. За рубежом есть специальные программы обучения врачей, у нас это только развивается.
Читать статью полностью
Опубликовано Газета Коммерсантъ 28.02.2026